Подводные камни при разделении технологического бизнеса: рассказывают эксперты. Часть 1

В начале меньше всего хочется думать о конце — это касается не только отношений, но и бизнеса. А ведь обсуждение ключевых моментов «развода» еще при создании организации поможет уберечь от лишних трат и стресса — утверждают эксперты. С какими нюансами можно столкнуться при разделении технологического бизнеса, что делать, если партнеры не идут на уступки, и как поступить в случае, когда вопрос «дележки» не обсуждался заранее — рассказали специалисты из России, Беларуси и Украины.

...

Начинаем с инсайтов от Евгения Царёва, управляющего юридической компанией RTM Group (Россия):

— В крупных организациях обычно еще на этапе создания совместного предприятия заключается партнерское соглашение, в котором предусматривается вариант, скажем так, «развода». Прописано, каким способом будет делиться прибыль либо убытки, как будет проходить процедура ликвидации и так далее. В стартапах же о выходе из сделки редко задумываются заранее. А ведь раздел бизнеса зависит от того, как оформлены права, создавались ли юридические лица под совместную деятельность. Допустим, в практике мы часто сталкиваемся с тем, когда деятельность компании велась через ИП одного из партнеров, а домены, хостинги зарегистрированы на другого. И потом, в случае, когда эти партнеры расходятся по-плохому, получается так: один забрал все домены, у второго остались долги.

Бывают и следующие ситуации, как например, в сфере IT, когда есть основатели, и есть разработчики. По российскому законодательству до тех пор, пока «кодер» непосредственно не передал свои права юридическому лицу и не получил за это вознаграждение, он формально обладает правом на свой код. И если компания этим не занималась, не оформляла права на разработку, у нее могут возникнуть проблемы без всякого разделения. Главный кодер может уйти и сказать: «Я все время работал, получал зарплату, но права все равно мои, а вы тут просто так».

А иногда партнеры запланировали делить бизнес, но, потом выясняется, что делить нечего. Приведу реальный пример: довольно большой интернет-магазин регионального масштаба с 15 офлайн-точками был оформлен на жену одного из основателей. Сами же офлайн-точки этого магазина частично находились в собственности отца второго основателя. Некоторые площади были арендованы, но оформлены еще на кого-то — таким образом компания оптимизировала налоги. Получилось, что обоим основателям по документам ничего не принадлежит.

Допустим, мы делим интернет-магазин. Самый простой способ разделения и очень часто единственно правильный — выкупить долю. По сути, это даже не является разделением — подобная процедура называется buyout (Выкуп — это инвестиционная сделка, по которой приобретается собственный капитал компании или контрольный пакет акций компании. Таким образом, приобретатель «выкупает» нынешних держателей акций целевой компании. — Startup Jedi). Соответственно проект продолжает существовать и постепенно происходит взаиморасчет между собственниками.

...

Когда начинаются переговоры о разделении, стороны могут подписать соглашение о намерениях. Некоторые на этом этапе заключают, наоборот, партнерские соглашения, хотя, казалось бы, они уже расходятся. Но иногда проще сделать сначала партнерское, а уже после этого заниматься какими-то разделениями.

В соглашении о намерениях фиксируется, кто кому что должен, какими этапами пойдут дальше и так далее. К примеру, можно прописать: один обязан в срок до такого-то числа передать права по такому-то соглашению, заверенному у нотариуса; другая сторона должна перечислить денежные средства в размере таком-то с такого-то своего счета на такой-то счет второго партнера и так далее. Если все это зафиксировать, то есть шанс добраться до логического завершения, чтобы в результате получились «мир-дружба-жвачка».

Соглашение о намерениях лучше составлять с профессионалом. Ведь самостоятельно иногда прописываются условия, которые в дальнейшем судебная инстанция может не принять. Это как в брачном договоре в российской юрисдикции, когда нельзя предусмотреть неимущественные вопросы, например: жена должна заниматься любовью с мужем не реже пяти раз в неделю. Конечно, можно прописать это и другое подобное, о чем вы договорились. Но потом этот пункт, вероятнее всего, признают ничтожным, так как он выходит за рамки такого формата соглашения.

Если дело не доводить до суда и соблюсти все пункты соглашения, то за месяц-два-полгода, в зависимости от того, что делите — можно спокойно разойтись.

Бывает, что у собственников не получается договориться. Тогда можно обратиться за помощью к медиатору — посреднику в переговорах. Доводить дело до суда не рекомендую, так как это может растянуться на годы. И получится не только долго, но и безумно дорого: ведь это оплата работы специалистов, судебные издержки. К тому же, пока вы будете судиться, бизнес может умереть — и проиграют все стороны.

Если говорить о простоте самой процедуры разделения, то делить акционерное общество между партнерами обычно проще, чем другие организации. К примеру, если организации принадлежит несколько продуктов, можно выделить из структуры всей компании еще одну компанию, у которой останутся права на один продукт, а потом еще — у которой будут права на второй. Также легче делить маленький бизнес, у которого несколько учредителей–юридических лиц.

Все прозрачно, когда партнерами компании являются муж и жена, которые разводятся — в данном случае, согласно российскому законодательству, все делится пополам.

Одного закона, который регламентирует разделение технологического бизнеса, в России нет. Зато в законах об акционерных обществах, об обществах с ограниченной ответственностью есть соответствующие положения: ликвидации и реорганизации, где описаны соответствующие процедуры различного рода. В мире такие процедуры являются стандартными. Все, что существует в Германии, можно увидеть и в России — только с определенной спецификой, например, работы с налоговыми органами.

Также при разделении стоит ориентироваться на статьи Гражданского кодекса Российской Федерации. Допустим, у нас нет закона о криптовалюте — в этом случае мы смотрим в кодекс и действуем согласно тому, что там прописано.